Дмитрий Чернышев (mi3ch) wrote,
Дмитрий Чернышев
mi3ch

Categories:

бумагомаратели



Из истории отношений между властью и писателями (совсем небольшая часть)

В 1901 году в официальном органе Святейшего Синода — журнале "Церковные ведомости" — было опубликовано Определение правительствующего Синода об отпадении графа Толстого от церкви. На следующий день оно появилось во всех главных газетах. Суть документа сводилась к тому, что граф Толстой более не является членом православной церкви, так как его публично высказываемые убеждения с этим несовместимы. На практике это означало, что Толстой не может принимать никаких таинств — ни исповеди, ни причастия, ни соборования — и, главное, что он не может быть похоронен по православному обряду. Позиция Русской православной церкви по отношению к Толстому никогда не подвергалась пересмотру.

В 2001 году, когда наследники Толстого обратились в патриархию с просьбой об отмене Определения, им было отказано. В ноябре 2010 года с аналогичной просьбой обращался президент Российского книжного союза Сергей Степашин. На его письмо архимандрит ответственный секретарь Патриаршего совета по культуре и автор бестселлеров Тихон Шевкунов ответил, что отлучение человека, который сам себя отверг от церкви, снято быть не может.


В 1790 году Александр Радищев анонимно издает «Путешествие из Петербурга в Москву». Из приговора: «коллежский советник Александр Радищев издал здесь книгу сочинения своего под названием "Путешествие из Петербурга в Москву", наполненную самыми вредными умствованиями, стремящимися к тому, чтоб произвесть в народе негодование противу начальников и начальства, и, наконец, оскорбительными изражениями противу сана и власти царской»
Из указа Екатерины II: За таковое его преступление осужден он <...> к смертной казни, и хотя по роду толь важной вины заслуживает он сию казнь по точной силе законов <...>, но мы, последуя правилам нашим, чтоб соединять правосудие с милосердием <...>, освобождаем его от лишения живота и повелеваем вместо того, отобрав у него чины, знаки ордена святого Владимира и дворянское достоинство, сослать его в Сибирь в Илимский острог на десятилетнее безисходное пребывание.


В 1834 году решением Николая I был запрещен "Московский телеграф" — литературный журнал, издававшийся купцом Николаем Полевым с 1825 года. Поводом стала недоброжелательная рецензия Полевого на пьесу Нестора Кукольника "Рука Всевышнего Отечество спасла", восторженно принятую петербургской публикой и лично Николаем I.


В 1836 году император Николай I написал знаменитую резолюцию о публикации первого "Философического письма" Петра Чаадаева. Русский перевод статьи, ходившей в списках уже несколько лет, был напечатан в журнале "Телескоп", за что журнал был закрыт, издатель Николай Надеждин сослан в Усть-Сысольск, а пропустивший статью цензор Алексей Болдырев отправлен в отставку. Самого Чаадаева объявили сумасшедшим и поместили под принудительный медицинский надзор. Таким образом, публикация философического письма не только стала начальной точкой спора западников и славянофилов, но и привела к первому в России случаю использования психиатрии в политических целях. Надзор полицейского лекаря за «больным» был снят лишь в 1837 году, под условием, чтобы он «не смел ничего писать». Существует легенда, что врач, призванный наблюдать его, при первом же знакомстве сказал ему: «Если б не моя семья, жена да шестеро детей, я бы им показал, кто на самом деле сумасшедший».


В 1848 году 22-летний чиновник Михаил Салтыков был выслан в Вятку за публикацию двух повестей — "Противоречия" и "Запутанное дело". Профилактическая мера в виде ссылки с сохранением чина и места на государственной службе считалась проявлением монаршей милости. Несмотря на множество прошений, вернуться в столицу он смог только через семь лет, после смерти Николая I.


В 1849 году был арестован автор романа "Бедные люди" и повести "Двойник", 27-летний писатель Федор Достоевский. Он был взят под стражу одновременно с остальными участниками собраний у Михаила Буташевича-Петрашевского и вместе с двадцатью из них был приговорен к расстрелу. Несостоявшаяся казнь петрашевцев — о смягчении приговора осужденным было объявлено, когда они уже стояли на эшафоте. Достоевский был признан виновным в чтении и распространении письма Белинского Гоголю, высказываниях против цензуры и недонесении на других членов кружка. Этих преступлений оказалось довольно для вынесения смертного приговора, пусть и замененного на каторгу, в случае Достоевского — четырехлетнюю


В 1862 году знаменитого писателя и публициста, одного из руководителей журнала "Современник" Николая Чернышевского арестовали без особого повода, после чего поместили в Петропавловскую крепость, осудили по сфабрикованному с помощью подложных документов делу, подвергли гражданской казни и сослали на каторгу. Из приговора Сената: «Отставного титулярного советника Николая Чернышевского, 35 лет, за злоумышление к ниспровержению существующего порядка, за принятие мер к возмущению и за сочинение возмутительного воззвания к барским крестьянам и передачу оного для напечатания в видах распространения — лишить всех прав состояния и сослать в каторжную работу в рудниках на четырнадцать лет, а затем поселить в Сибири навсегда».


В 1884 году издаваемый Салтыковым-Щедриным журнал "Отечественные записки" был закрыт за то, что "проповедовал теории, находившиеся в противоречии с основными началами государственного и общественного строя".


В 1929 году собрание родителей Кремлевского детского сада приняло резолюцию «Мы призываем к борьбе с "Чуковщиной"». Этот документ дал название всему процессу "прибирания к рукам" детской литературы, который начался с путаной, но гневной статьи Надежды Константиновны Крупской (на тот момент заместителя наркома просвещения РСФСР), а продолжился запретом многих сказок Чуковского и других авторов, зубодробительной руганью в прессе и душераздирающим покаянным письмом писателя.


В 1930 году Андрей Платонов написал повесть "Впрок" ("Бедняцкая хроника"), то есть примерно тогда же, когда закончил работу над "Чевенгуром" и "Котлованом". В отличие от двух самых известных сегодня произведений Платонова, "Впрок" был опубликован — и эта публикация сломала жизнь писателя. Сатира на колхозную деревню вызвала личный гнев Сталина и, соответственно, травлю в прессе такого масштаба, что до сих пор остается загадкой, почему Платонова тогда не арестовали. Его надолго перестали печатать, он пережил обыск и изъятие рукописей, арест и смерть сына, новые газетные погромы, болезни и нищету — и умер человеком, лишенным профессии.


В 1934 году поэт Николай Клюев был арестован по обвинению в "составлении и распространении контрреволюционных литературных произведений" и выслан сначала в Нарымский край, а потом — после заступничества Горького — в город Томск. В 1937 году Николай Клюев был вновь арестован в городе Томске и в конце октября расстрелян на Каштачной горе. Его тело вместе с телами других расстрелянных было сброшено в овраг


В 1936 году на заседании президиума Союза писателей слушался и обсуждался творческий отчет Бориса Пильняка. Автор множества повестей и романов за долгую карьеру привык к жесткой критике. В 1926 году его "Повесть непогашенной луны" признали "злостным, контрреволюционным и клеветническим выпадом против ЦК и партии", номер "Нового мира", где она вышла, был изъят из продажи. В 1929-м после публикации повести "Красное дерево" Пильняк подвергся газетной травле и был снят с должности председателя первого Союза писателей. Его продолжали публиковать и выпускать (по личному разрешению Сталина) в зарубежные поездки, однако не прекращали критиковать в печати, так что новый этап травли, начавшийся в 1936 году, не стал неожиданностью. В эпоху Большого террора цензурными ограничениями дело не ограничилось: ровно через год после обсуждения творческого отчета, 28 октября 1937 года, Пильняка арестовали. Писателю припомнили все прежние грехи, добавили стандартный набор обвинений в шпионаже, связях с троцкистами и подготовке терактов и расстреляли. Из выступления Всеволода Вишневского на обсуждении творческого отчета Бориса Пильняка в Союзе советских писателей: «Давайте доводить дело до конца. Либо мы их уничтожим, либо они нас. Вопросы стоят о физическом уничтожении. Такой тип писателя на нашей почве должен погибнуть. Это закон времени».


В 1937 году Николай Олейников – поэт, писатель, сценарист, математик, редактор детских журналов "Еж", "Чиж" и "Сверчок" был арестован в Ленинграде. Олейников попал под разработанное в восточном отделении контрразведывательного отдела НКВД групповое дело "троцкистской шпионско-террористической и вредительской группы", которое затронуло многих писателей и ученых, связанных рабочими и дружескими отношениями. Он были расстрелян в числе 50 "японских шпионов" 24 ноября 1937 года. Всего в тот день в Ленинграде расстреляли 719 человек. Их приговорили к высшей мере наказания по 5 протоколам особой тройки УНКВД ЛО (219 человек), 3 спискам "польских шпионов" (254 человека), 1 списку "немецких шпионов" (97 человек), 1 списку "эстонских шпионов" (99 человек), 1 списку "японских шпионов" (50 человек)


В 1938 году поэт Николай Заболоцкий был арестован по обвинению в "принадлежности к троцкистско-бухаринской группе среди ленинградских писателей" и помещен в ленинградский Дом предварительного заключения. От него требовали показаний на себя самого, а также на других литераторов — в том числе на поэтов Николая Тихонова и Бориса Корнилова. Считается, что расстрела, на который тянуло предъявленное ему обвинение, поэт избежал именно потому, что не сломался и не дал показаний против себя и своих друзей. Из приговора: «Заболоцкого Николая Алексеевича за к.-р. троцкистскую деятельность заключить в исправтрудлагерь сроком на пять лет, сч. срок с 19 / III — 38 г. Дело сдать в архив».


В 1939 году был арестован Исаак Бабель. При обыске был изъят весь его архив, который до сих пор не найден. Почти переставшего публиковаться к тому времени писателя обвинили в антисоветской троцкистской деятельности и шпионаже. Считается, что "Большой террор" ему удалось пережить благодаря знакомству с наркомом внутренних дел Николаем Ежовым — это же знакомство привело к гибели: Ежов был арестован месяцем ранее. 27 января 1940 года по решению Военной коллегии Верховного суда Бабеля расстреляли — известно об этом стало только через 15 лет, уже после смерти Сталина.
Из обвинительного заключения: «В 1938 г. Бабель вошел в заговорщическую организацию, созданную женой Ежова <...>, и по заданию Ежовой готовил террористические акты против руководителей партии и правительства. <...> В 1934 г. и до момента ареста Бабель являлся французским и австрийским шпионом».


В 1939 году Марина Цветаева вернулась в СССР. Она формально не подвергалась преследованиям за литературную деятельность. Ее, величайшего поэта и жену и мать арестованных по обвинению в шпионаже Сергея и Ариадны Эфрон, просто не стали печатать. Единственная попытка Цветаевой издать сборник стихов была пресечена внутренней рецензией Гослитиздата. Ей не позволили быть даже литературным поденщиком: предоставленная вначале возможность делать переводы была быстро отнята. Безработица и изоляция довели ее до отчаяния, нищеты, а в конечном итоге — до самоубийства. Из отзыва Корнелия Зелинского на сборник стихов Марины Цветаевой: «Все в ней (тон, словарь, круг интересов) чуждо нам и идет вразрез направлению советской поэзии как поэзии социалистического реализма».


В 1946 году было принято постановления ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград». После постановления, текст которого правил лично Сталин, Анна Ахматова и Михаил Зощенко были исключены из Союза писателей и надолго выброшены из литературной жизни: их перестали печатать, а уже напечатанное — запретили. По всей стране началась кампания проработки творческой интеллигенции, построенная на обязательных обсуждениях постановления, которая постепенно переросла во всеобщую борьбу с "низкопоклонством перед современной буржуазной культурой Запада".


В 1949 году писатель и поэт Юрий Домбровский был арестован в Алма-Ате по обвинению в антисоветской агитации и распространении антисоветской литературы. Это был его четвертый арест: первый (1933) завершился ссылкой в Алма-Ату, второй (1936) — несколькими месяцами изолятора, третий (1939) — сроком в колымских лагерях. в 1956 году Домбровский был полностью реабилитирован. Тем не менее на этом его отношения с органами не закончились: в 1978 году, вскоре после публикации в Париже его главного романа "Факультет ненужных вещей", в котором подробно были описаны методы работы НКВД, в фойе ЦДЛ на 69-летнего Домбровского напали неизвестные и избили его, через полтора месяца он умер. Считается, что это была расправа КГБ


В 1958 году Шведская академия объявила о награждении Пастернака. Советская пропаганда среагировала моментально. Пастернака исключили из Союза писателей и пригрозили ему лишением советского гражданства, газетная кампания и общественная проработка заставили 68-летнего писателя отказаться от премии. 30 мая 1960 года Борис Пастернак умер от рака легких. 9 декабря 1989 года медаль лауреата Нобелевской премии была вручена членам семьи поэта. Из Постановления президиума ЦК КПСС "О клеветническом романе Б. Пастернака": «Признать, что присуждение Нобелевской премии роману Пастернака, в котором клеветнически изображается Октябрьская социалистическая революция, советский народ, совершивший эту революцию, и строительство социализма в СССР, является враждебным по отношению к нашей стране актом и орудием международной реакции, направленным на разжигание холодной войны».


В 1961 году при обыске в квартире ветерана войны Василия Гроссмана были изъяты машинопись романа "Жизнь и судьба", черновики и наброски к нему, а также рукопись повести "Все течет", рассказывающей о сталинских лагерях. Гроссману было сказано, что рукопись его является антисоветской по содержанию, чтение ее вызывает чувство гнева и возмущения, что ее опубликование могло бы нанести большой ущерб советскому государству.

В 1963 году в газете "Вечерний Ленинград" появилась статья "Окололитературный трутень". С этого момента началась общественная травля 23-летнего ленинградского поэта Иосифа Бродского, продолжившаяся уголовным преследованием. Бродского судили по обвинению в тунеядстве и антиобщественном поведении и приговорили к пяти годам ссылки, из которых он отбыл полтора года. Из статьи Я "Окололитературный трутень": «Как видите, этот пигмей, самоуверенно карабкающийся на Парнас, не так уж безобиден. Признавшись, что он "любит родину чужую", Бродский был предельно откровенен. Он и в самом деле не любит своей Отчизны и не скрывает этого. Больше того! Им долгое время вынашивались планы измены Родине».


В 1966 году Михаил Шолохов с трибуны XXIII съезда КПСС разоблачил предательскую антисоветскую сущность Андрея Синявского и Юлия Даниэля, еще в феврале получивших соответственно семь и пять лет заключения за публикацию своих книг за границей. Выступление автора "Тихого Дона" и нобелевского лауреата о закрытом уже деле понадобилось советской власти из-за неожиданного оборота, который это дело получило. Во-первых, против суда над Даниэлем и Синявским необычно активно протестовала советская интеллигенция — митинг гласности на Пушкинской площади (это была первая политическая демонстрация в СССР), многочисленные открытые письма, противоречащие обвинению заключения нескольких официально привлеченных экспертов. Слова "нельзя сажать за книги" впервые в советской истории прозвучали столь отчетливо. Во-вторых, в защиту осужденных писателей выступили западные коммунисты, отношениями с которыми СССР дорожил.


Неделю с 26 июля по 3 августа 1969 года главный редактор "Нового мира" Александр Твардовский называл "страстной неделей". Эти дни можно считать началом настоящего разгрома журнала, который ни в коем случае не был антисоветским, но в публикациях которого была хотя бы часть правды о советской действительности и не было откровенной лжи. Организованную кампанию травли в прессе пытались отразить многие советские писатели и зарубежная пресса, читатели прислали тысячи писем поддержки, и какое-то время даже казалось, что "Новый мир" сможет выстоять. Однако через полгода, в феврале 1970-го, секретариат Союза писателей принял решение о выводе из состава редколлегии заместителей Твардовского и назначении на их место новых людей, после чего Твардовский подал заявление об уходе. Наряду с исключением из Союза писателей Александра Солженицына, разгром "Нового мира" означал окончательный переход от литературной оттепели к застою

подробнее

Tags: history, книги, москва
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 90 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →